Сотни замороженных людей чего-то ждут. Смогут ли их оживить в будущем?
Сотни замороженных людей чего-то ждут. Смогут ли их оживить в будущем?
Люди хотят не стареть, обрести бессмертие или победить неизлечимое заболевание, но современная медицина пока не готова помочь им в этом. Одним из потенциально эффективных способов дождаться «нужного момента» — когда технологии окажутся на достойном перечисленных желаний уровне, — называют криоконсервацию. И в январе 2027 года стукнет 60 лет с момента, когда первый человек отправился в бесконечный по человеческим меркам сон: 12 января 1967 года успешно крионировали профессора психологии Джеймса Бедфорда.
Тело Бедфорда до сих пор находится в герметичной емкости с жидким азотом, оно сохраняет целостность благодаря замене 60% воды в клетках аналогом антифриза, позволившим избежать кристаллизации тканей. Последний раз состояние Бедфорда проверяли в 1991 году: судя по внешним признакам, все с ним в порядке. За сохранность мужчины отвечает организация Alcor Life Extension Foundation, которая специализируется на изучении способов заморозки людей и домашних питомцев с теоретической возможностью когда-то в будущем дать им новую жизнь. Окажется ли среди таких счастливчиков и профессор психологии Джеймс Бедфорд, неизвестно.
Крионирование — это необратимый для живого в сегодняшних реалиях процесс, при котором биологический объект охлаждают и помещают в жидкий азот при температуре –196 °C. Это не заморозка в общепринятом понимании, так как при витрификации (так называется «заморозка» на самом деле) вода принимает стеклоподобное состояние, нет кристаллов льда, а процесс занимает секунды. В таком методе используют криопротекторы и стабилизаторы, предотвращающие разрушение структуры тканей. Слово «заморозка» мы используем в материале как более привычное.
Как все начиналось
Тема криоконсервации стала особенно популярной еще в 70-х годах прошлого века, хотя пробовать начали в 60-х, а история Бедфорда тому доказательство. Крионика стала и «модным» направлением бизнеса: кто-то честно пытался сохранить тела для будущей разморозки, а кто-то занимался «охлаждением» умерших на какое-то время (зачем — вопрос открытый).
И, как это случается, владельцы «стартапов» не всегда адекватно оценивали риски и свои возможности.
Так возникли ситуации, достойные хорроров: сообщалось о случаях, когда тела пациентов по недосмотру или из-за технических поломок оттаивали, перемещались в емкостях и замерзали снова, что приводило к непоправимым последствиям. Да и технологии применялись далеко не всегда самые продвинутые: если тело профессора психологии подготовили и уложили в «ванну» с жидким азотом, клиенты некоторых компаний покоились в капсулах с сухим льдом; в этих случаях постоянно сохранять идеальные условия очень сложно. А иногда заказчики криоконсервации переставали платить. Потому Бедфорд — единственный «уцелевший» крионированный человек из того времени, остальных похоронили прямо в капсулах или кремировали. Судя по всему, где-то в 70-х появился новый вариант в дополнение к крионированию тела целиком: «нейроопция» или «нейросохранение». На практике это означало, что заморозке подвергалась только голова пациента с мозгом. Такой подход позволял значительно сократить затраты и ресурсы в целом как на подготовку к хранению, так и на само хранение. Для клиентов компаний это, в свою очередь, означало снижение стоимости услуги. И пока нет общего мнения, что лучше: замораживать клиента целиком или лишь голову, а причина разногласий связана с тем, что еще никто не был разморожен, чтобы вернуться к нормальной жизни.
Внедрение нового способа позволило получить информацию о «традиционном» — когда тело замораживалось полностью. Так, в упоминавшейся Alcor в 1983 году трех пациентов решили перевести на нейросохранение. Для этого их тела извлекли из камер, а головы отделили и продолжили их хранение. Первичный осмотр тел показал, что они в отличном состоянии, за исключением нескольких трещин. Правда, по мере таяния появилась новая информация: часть внутренних органов, сосуды и позвоночник были тотально повреждены. Впрочем, компания честно об этом сообщила в отчете. В других компаниях были случаи, когда во время перевода клиента на нейросохранение сверхохлажденная (и потому хрупкая) голова по неосторожности сотрудников получала повреждения, что ставило крест на ее дальнейшем будущем. В последние несколько десятилетий информации о подобных инцидентах в общем доступе не появлялось.
Сколько людей заморожено?
Точной цифры нет, так как тела хранятся по всему миру: они могут находиться как на территории компаний, предоставляющих такую услугу, так и отдельно. Одной из крупнейших фирм, которая занимается криоконсервацией, является упомянутая выше американская Alcor (она очень активно продвигает свои услуги и достижения на ниве крионики): у нее чуть более 260 активных клиентов. Но даже Alcor не гарантирует положительный исход в будущем. Судя же по доступным данным, в мире замороженных людей насчитывается от 500 до 1000, на сайте одной компании упоминаются три крионированных белоруса.
Так замораживают ткани
Глубокая заморозка возможна уже сейчас, но для очень простых объектов: сперматозоидов, яйцеклеток, некоторых типов эмбрионов и тканей. Причина как раз в образовании кристаллов в клеточных мембранах, а чем больше объект, тем сложнее поддерживать одинаковую температуру в сверхбыстром процессе заморозки/разморозки на том самом клеточном уровне. Ученые проводили ряд экспериментов на крупных живых животных — например, собаках, однако речь шла о снижении температуры тела до уровня 3—4 градуса Цельсия с последующей реанимацией. Такой подход оказался рабочим, «оживленные» животные считались здоровыми. Официальной информации о попытках витрифицировать живое существо и вернуть его к жизни найти не удалось.
Однако для проверки гипотез и новых методик заморозки исследователи проводили крионирование мозга мертвых животных. В 2016 году в дело пошел кролик. В его кровеносную систему запустили химический фиксатор глутаральдегид, который практически мгновенно прекращает биологические процессы и «закрепляет» структуры клеток на месте. Затем в мозг ввели криопротектор, которым выступил этиленгликоль: он позволяет избежать возникновения кристаллов льда, так как вода принимает стеклообразное состояние. Кролика охладили до примерно −135 °C и изъяли его мозг. В лабораторных условиях он в течение двух часов набрал комнатную температуру, после чего исследователи постепенно вывели этиленгликоль и дополнительно стабилизировали структуру мозга. В таком виде он отправился под микроскоп: срезы тканей мозга показали, что синапсы и отростки нейронов оставались хорошо различимыми и заметных структурных изменений не было. Предположим, что оживить кролика на этом этапе было уже нельзя, но такой цели и не ставилось. В 2018 году аналогичный подход использовали на мозге свиньи, а результат оказался даже лучше, чем в первом эксперименте, затем были попытки применения новых методов на мозге умершего человека и крысы.
В процессе экспериментов ученые продолжили искать ответы на ряд вопросов и решение проблем. К таким, например, относят процесс сильного обезвоживания мозга при введении криопротектора: орган значительно уменьшается в размерах, хоть и сохраняет структурную целостность. Также пока не до конца ясно, является ли видимое сохранение структуры доказательством сохранения функций мозга. Для изучения последнего вопроса в 2026 году организовали новый эксперимент. Началось все с исследования части мозга мыши — тончайших срезов гиппокампа, чтобы затем масштабировать методику на весь орган целиком (но изучать все равно планировали только гиппокамп). Ученые хотели узнать, способен ли он генерировать электрические импульсы после разморозки, передавать сигналы, реагировать на различные стимулы и сохраняется ли способность синапсов менять свои параметры — это так называемая синаптическая пластичность. Изучение срезов показало, что все функции восстанавливаются полностью практически по всем наблюдаемым параметрам. Тогда такой же процесс с небольшой корректировкой провели вновь: мозг в черепной коробке охладили до −140 градусов, а не −196, как в случае с гиппокампом в стандартной процедуре витрификации. Результат оказался тем же: все функции исследуемой структуры головного мозга сохранились.
Вероятно, вскоре ученые попробуют наработки и на более крупных существах, однако очевидно, что эффективная по всем параметрам девитрификация — дело отдаленного будущего.
Какие еще преграды остаются?
Эксперты указывают на неочевидный, но важный аспект: криоконсервации подвергаются люди, юридически признанные мертвыми. Это означает, что пациент проходит через все существующие процедуры витрификации после зафиксированной медиками смерти. Выходит, ученые, которые будут возвращать к жизни клиентов криокомпаний в будущем, должны будут «разморозить» человека, реанимировать его, нейтрализовать причину, приведшую к смерти, и убрать ее последствия (последовательность может быть иной). В случае с «нейроопцией» добавляется вопрос возврата тела. Впрочем, не исключено и появление ИИ-моделей на базе сохраненного мозга, если уж принимать во внимание все варианты. Это, например, рассматривается в НФ-романе «Мы — Легион. Мы — Боб» Денниса Тейлора.
А еще от того, как быстро пациент оказался в ведении специалистов по криоконсервации, зависит сохранность как минимум мозга: прекращение кровообращения быстро приводит к негативным изменениям, а ведь требуется время на охлаждение и стабилизацию организма. Кроме того, к настоящему времени от криосна не очнулся ни один взрослый и крупный представитель животного мира, а вопрос крионирования отдельных органов, которые кажутся проще мозга, все еще находится на стадии изучения. И никто не знает, где именно и как хранится память, личность и сознание человека. Впрочем, даже минимальный шанс вернуть кому-то здоровье и жизнь с помощью пока несуществующих технологий выглядит лучше, чем отсутствие такой возможности.
Нравится читать Onlíner? Добавьте наши новости в «Основные источники» Google
Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро
Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by