На дне океана нашли 200 тысяч бочек с ядерными отходами. Насколько это опасно?

Кто превратил океан в радиоактивную свалку?

Вторая половина XX века стала своего рода золотым веком для ядерных технологий. После ужасающей демонстрации атомной мощи в конце Второй мировой войны люди стали искать новые, более безобидные, способы применения радиоактивного распада. Электростанции, медицинские учреждения, научные исследования и промышленность — все это расцвело под благотворным ядерным светом. Впрочем, использовать радиоактивный распад для создания массового оружия человечество не перестало, порой устраивая апокалипсис на минималках. Но здесь не об этом.

От всех преимуществ ядерной энергии, которая, как считалось, приведет человечество на вершины эволюции, оставались «небольшие» нюансы — радиоактивные отходы. Мало что может быть опаснее для живых существ, чем ионизирующее излучение, испускаемое радионуклидами: оно может повреждать ткани и даже изменять ДНК человека, а также делать среду непригодной для обитания.

Как же решали эту проблему в первые десятилетия развития ядерных технологий?

Огромную часть дна Мирового океана — по разным оценкам, от 30% до 70% — занимают так называемые абиссальные равнины. Это большие ровные пространства на глубине от трех до шести километров под водой, расположенные между подножиями континентов и океаническими хребтами.

В прошлом абиссальные равнины считались «океаническими пустынями», где практически нет живых существ. Поэтому люди придумали, как им казалось, простую и гениальную идею — сбрасывать бочки с радиоактивными отходами в такие зоны на дне океана. Вроде бы и от опасных остатков прогресса избавились, и никому не навредили. Но так ли это на самом деле?

В период с 1949 по 1982 год ряд европейских стран утилизировали более 200 000 бочек с низкоактивными радиоактивными отходами общим весом более 150 000 тонн. Известно, что Великобритания затопила более 140 000 бочек, Бельгия утилизировала около 55 000, а Франция сбросила в воду более 46 000.

В таких бочках были материалы с невысокой концентрацией радиоактивности, но превышающей допустимые безопасные уровни. Среди таких отходов бывает обычно загрязненный опасными веществами мусор из медицинских и биолабораторий или, например, одежда специалистов, работающих с радиоактивными веществами. Также низкоактивные радиоактивные отходы образуются при переработке ядерного топлива.

Порой экоактивисты пытались препятствовать сбросу отходов в океан, но, согласно тогдашним нормам, это был безопасный способ избавиться от токсичных остатков работы ученых. В существовавших тогда рекомендациях указывалось, что контейнеры должны достигать морского дна в неповрежденном состоянии и оставаться герметичными лишь в течение времени, необходимого для распада короткоживущих радионуклидов.

После этого предполагалось, что оставшиеся отходы постепенно высвободятся и рассеются в окружающем океане. Однако, как пишет ScienceAlert, не все вещества в бочках могли просто так исчезнуть в результате распада. В них содержалась радиоактивная смесь, включая цезий-137, изотопы плутония и тритий, — некоторые могут сохраняться в организмах тысячи лет.

Так, подобная практика продолжалась десятилетиями, пока люди не начали постепенно одумываться. К концу 1960-х годов эта процедура перешла под надзор Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), которое определило конкретные районы, где разрешалось захоронение отходов. Однако обеспокоенность специалистов росла, что привело к принятию в 1975 году Лондонской конвенции о защите морской среды, которая сначала подразумевала мораторий, а затем и полный запрет на эту практику.

Тревожные находки

На протяжении десятилетий никто толком не знал, что стало со сброшенными на дно загрязненными бочками, не было доподлинно известно даже об их точном местоположении. Когда сброс отходов прекратился в 1980-х годах, все просто отряхнули руки и разошлись.

Это решили исправить двое французов: морской биолог Хавьер Эскартен и специалист по воздействию радиоактивности на окружающую среду Патрик Шардон.

Когда оба ученых оказались заперты в своих домах из-за локдауна во время пандемии коронавируса, они много общались на различные профессиональные темы. Однажды оба вспомнили репортажи по телевизору, которые они видели в юношестве, о том, как активисты из Greenpeace пытались помешать сбросу бочек с опасными веществами в океан, и решили что-то делать.

Эскартен и Шардон заручились поддержкой нескольких французских научных институтов и создали проект NODSSUM — Nuclear Ocean Dump Site Survey Monitoring («Обследование и мониторинг мест сброса ядерных отходов в океан»).

Первая экспедиция отправилась в плавание в июне 2025 года на борту исследовательского судна L'Atalante. В ходе этой вылазки команда сканировала морское дно с помощью автономного подводного аппарата UlyX. Так они составили карту захоронений, сфотографировали некоторые бочки, а также собрали образцы воды, песка, рыб и ракообразных данной местности. Всего за месяц они сумели точно определить местоположение 3355 бочек.

В мае 2026-го исследователи вернулись в те зоны вновь. На этот раз команда использовала Nautile — трехместный подводный аппарат, способный опускаться на глубину до шести километров. Ученые совершили более 20 погружений, чтобы непосредственно осмотреть бочки и собрать образцы из окружающей среды.

На первый взгляд, состояние некоторых бочек вызывало у специалистов тревогу. Они были сильно подвержены коррозии и разрушению, и из некоторых явно вытекало какое-то вещество, попадая на окружающий песок.

Не было никаких сомнений в том, что радиоактивные материалы вырвались за пределы контейнера. Приборы на борту корабля зафиксировали заметные уровни кобальта-60 и ниобия-94, которые исследователи смогли однозначно связать со сброшенными отходами. Цезий-137 и америций-241 также присутствовали в концентрациях, значительно превышающих нормальный уровень. Но есть один нюанс.

Как сообщается, цезий-137 и америций-241 также могут попадать в воду в результате испытаний ядерного оружия или аварий. Поэтому определить источник загрязнения так же сложно, как разобрать один голос в переполненной людьми комнате.

Радиоактивные крабы?

На пяти участках, где ученые погружались на глубину, они собрали образцы ила, воды, организмов и микробных сообществ вокруг бочек и даже в непосредственном контакте с ними. Исследователи также взяли пробы из близлежащих скалистых местообитаний, чтобы иметь возможность сравнить микробные сообщества, обнаруженные в резервуарах с отходами.

Удивительно, но, несмотря на значительные радиоактивные сигналы вокруг бочек, во многих собранных образцах радиационный фон был довольно низким — таким, что специалисты смогли обращаться с собранным материалом даже без существенной защиты.

Это уже не первый случай, позволяющий предположить, что даже при поразительно высоком уровне радиоактивности вокруг источника загрязнение необязательно распространяется на большие расстояния под водой. Недавнее исследование затонувшей советской подводной лодки «Комсомолец» выявило уровни радионуклидов, в сотни тысяч раз превышающие нормальный уровень, непосредственно вокруг протекающего реактора. Однако радиоактивность резко падала всего в нескольких метрах от судна по мере рассеивания вещества в морской воде.

Не менее удивительным оказалось и то, что бочки с отходами стали домом для разных видов морских существ. К ним прикрепились актинии, вокруг резервуаров обитали морские губки и огурцы, а рыбы и некоторые ракообразные плавали в этих зонах как ни в чем не бывало. Причем, как отмечается, крабы особенно любили эти искусственные укрытия, ставшие для обитателей океана своеобразным оазисом в бескрайней подводной пустыне.

Бочки были не просто контейнерами, медленно испускающими радиоактивные материалы в океан, — они стали частью экосистемы. Это поставило гораздо более сложный вопрос: попадали ли какие-либо из этих радиоактивных веществ в организм самих животных? И какие будут для них последствия?

«Бочки изменяют окружающую среду, предоставляя твердый субстрат, который колонизируется, потенциально способствуя переносу радионуклидов к живым организмам, — рассказывали о результатах экспедиции Хавьер Эскартен и Патрик Шардон изданию The Conversation. — Это одно из первых радиоэкологических исследований в глубоководных районах, требующее внедрения и разработки новых процедур и методологий, начиная от определения стратегии отбора проб и заканчивая бортовой радиационной защитой».

Ученые собираются провести множество исследований, на которые уйдут месяцы, чтобы определить, какое влияние — если таковое имеется — эти странные места обитания оказывают на существ, которые теперь считают их своим домом. Низкий уровень радиоактивности в собранных образцах вовсе не означает, что отходы не наносят подводному миру никакого вреда. Но можно также сделать вывод, что Землю в ближайшее время вряд ли заполонят радиоактивные крабы.

Читайте также:

• США взорвали ядерную бомбу в космосе — результаты оказались неожиданными
• В Африке обнаружили древний ядерный реактор — ему 2 миллиарда лет. Как это возможно?

Реклама

Вайбкод в Беларуси — новый формат и расширенный приветственный пакет для бизнеса от Битрикс24

Битрикс24 хочет, чтобы компании в Беларуси могли не просто попробовать вайбкодинг, но и научиться использовать его для решения реальных бизнес-задач — поэтому меняет механику работы с продуктом и расширяет приветственный пакет.

Клиенты Битрикс24 на коммерческих тарифах смогут ежемесячно получать дополнительные 2000 вайбов на портал. Это часть специальных условий, которые запускаются для ИИ-зации бизнеса в Беларуси.

Чтобы получить дополнительные вайбы, нужно заполнить CRM-форму на сайте. После этого вам начислят 2000 вайбов на портал. Отправлять запрос и получать дополнительный пакет можно каждый месяц.

Нравится читать Onlíner? Добавьте наши новости в «Основные источники» Google

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onlíner без разрешения редакции запрещена. ga@onliner.by