4-я промышленная революция, Берлин стартапов и «гигабитное общество»: как экономический локомотив Европы готовится к будущему

Автор: Влад Борисевич. Фото: Влад Борисевич
06 сентября 2016 в 8:00

Креативная промышленность, включающая в себя разработку ПО и игр, в Германии уже обставила химическую и по динамике роста соперничает с машиностроением. Здесь называют эту сферу не IT, как привыкли мы, а цифровой экономикой. Мы начинаем свой день в Берлине, в здании Министерства транспорта и цифровой инфраструктуры. «У нас невероятное число железных дорог и автобанов. Что может быть проще, чем проложить еще один кабель?» — смеется секретарь и начинает свой рассказ.

У немцев амбициозные планы: добиться к 2018 году скоростей в 1 Гбит/c для всех. Причина такого стремления очень простая: это позволит стране заработать несколько дополнительных миллиардов евро. Такая скорость соединения необходима для развития беспилотного транспорта, который будет нагружать эфир базовых вышек вдоль автобанов машинными разговорами с сенсорами других автомобилей и с инфраструктурой дороги.

При поддержке правительства крупные немецкие концерны проектируют полностью автоматизированные заводы, конвейеры и товары, потребители которых взаимодействуют между собой в рамках Industrie 4.0, или 4-й промышленной революции.

— Когда я начинал свою работу в 80-е, у нас был один компьютер в комнате размером с актовый зал. И за этим компьютером работала тысяча пользователей. В 90-е появился персональный компьютер на одного пользователя, — говорит Вольфганг Дорст, доставая iPhone. — Теперь у нас один компьютер, который подключается к «облаку». В «облаке» он использует много компьютеров: два, три или даже сто. Это — интернет сервисов.

За плечами у нас есть 15 лет интернета, ориентированного на сервисы. Четвертая промышленная революция начнется тогда, когда интернет сервисов, который хорошо нам знаком, начнет сливаться с интернетом вещей, который только начинает свое проявление в мире. Это уже есть в производстве и сельском хозяйстве Германии, но скрыто от посторонних глаз. 

Дорст показывает поточную мясобойню из Цинциннати — именно там промышленник Генри Форд подсмотрел идею сборочной линии для своих автомобилей. А знаменитое выражение американца «Автомобиль может быть любого цвета, если этот цвет — черный» было предназначено не для покупателей, а для инженеров Ford. Стандартизация была крайне важна для дальнейшего перекрашивания. И конечно, Форд продавал разноцветные машины, потому что этого хотели покупатели.

В 50-е годы прошлого века сами покупатели загорелись идеей персонализации. Это произошло в США потому, что страна была единственным реальным победителем во Второй мировой войне. Азия и Европа лежали в руинах: люди думали не об индивидуализации, а об утолении голода.

Так появились массовые продукты — автомобили, стиральные машины и даже мягкая мебель с предварительными конфигурациями. Но в 80-е годы оказалось, что 40% этих конфигураций никогда не покупают. Поэтому с 2000 года пользователей стали вовлекать в процесс создания продукта.

Производства будут взаимодействовать друг с другом, продукт будет автоматически доставляться к покупателю, заводы будут тестироваться на эффективность через виртуальные симуляции.

— Идея отказаться от рабочих не нова и уже обсуждалась в 80-е годы, — комментирует распространенные опасения Вольфганг Дорст. — Однако в ближайшие 30 лет развитие умного производства будет давать больше рабочих мест, чем убирать. И тут, конечно, стоит провести параллель с боевыми беспилотниками США. На вершине айсберга — пустая кабина, которая не требует пилота. Под водой — 300 рабочих мест обслуживающего персонала беспилотника против 70 человек обслуживающего персонала истребителя.

Преимущества 4-й индустриальной революции очевидны. Мы можем гарантировать рост экономики в 1,7% — это дополнительные 60 миллиардов к 2020 году. «Большая девятка» считает рост в 2% прекрасным показателем при реализации в стране одновременно 20 факторов, что сродни волшебству. Но есть и минусы.

«Для умного завода требуется взаимодействие разных рабочих. Специалисты по автоматизации, работники конвейера и сотрудники IT-сектора понимают „реальное время“ по-разному: для одних это секунды или десятки миллисекунд, а для других — 1 миллисекунда. И пока это реальная проблема»

Нехватку квалифицированных рабочих в сфере IT не получится погасить в ближайшие 10 лет. И это вопрос, который требует переосмысления самой концепции образования, где гибкость обязана победить структурированность. Обучение становится непрерывным, в индивидуальном темпе и в удобное ученику время. И тут мы переносимся в исследовательский центр при Институте Фраунгофера, известного, к примеру, разработкой формата MP3 и кодека H.264.

Здесь показывают с десяток технологий 3D-вещания и панорамную UHD-видеокамеру. На базе института создан коворкинг для сотрудников компаний-инвесторов.

На соседнем этаже — рабочее пространство для всех, кто интересуется Big Data. Все пространство сконструировано таким образом, чтобы стимулировать общение между посетителями.

Кстати, что вы думаете о кружке, которая автоматически пишет в Twitter каждый раз, когда вы отхлебываете кофе?

Тут можно увидеть одно из свойств правильного коворкинга для командной работы. Но об этом чуть позже.


Берлин давно манил молодых людей без предубеждений со всей Европы. Но после выхода Великобритании из ЕС он имеет все шансы стать стартап-столицей Старого Света: есть инфраструктура, ключевые мероприятия и инвесторы. Министерство транспорта и цифровой инфраструктуры создает «крышу» из законов для развития отрасли и самостоятельно финансирует проекты. Стоимость аренды офиса тут в пять раз ниже, чем в Лондоне, и в два раза ниже, чем в Сан-Франциско. Берлин понимает по-английски и держит в арсенале непробиваемый аргумент — очень вкусную шаурму.

Мы знакомимся с первым представителем местной стартап-сцены — многообещающим проектом EyeEm, который позволяет продавать снимки, сделанные на смартфон, и располагает многомиллионной армией фотографов. Проект вырос из приложения для iPhone и стал сервисом, который находится между 500px и Flickr. Только в Берлине он привлек более 20 миллионов евро от инвесторов.

Правда, бóльшая часть денег, по словам одного из основателей сервиса Гена Садаканэ, уходит на постройку сообщества и организацию вечеринок для фотографов. Впрочем, приложение растет, а за право веселиться до утра со своим комьюнити Ген работал по 80 часов в неделю на протяжении пяти лет, веря, что все получится.

Следующий проект — Nagual Sounds. Это iOS-приложение nagual sense, которое превращает ваши движения телефоном в мелодию.

Оно же используется и с Kinect, причем как для вечеринок, так и для серьезных вещей, например реабилитации после травм и обучения людей с нарушением координации движений: они чутко реагируют на изменения ритма.

Почти вся разработка музыкального проекта лежит на этой девушке:

Следующая остановка — коворкинг Ahoy! И тут мы встречаем конкурентов незабвенной изобретательницы мини-юбки с подсветкой. Проект Elektrocouture занимается дизайном и пошивом модной одежды, которую можно стирать и носить каждый день. Чего тут только нет: сатиновые платья с включающимися лампочками-«звездами» по заказу женщины-министра, напечатанная на 3D-принтере бижутерия, майки с доской для рисования ультрафиолетом... Есть даже платье, которое слушает тембр голоса владелицы и распускает крылья за ее спиной.


Конец дня в коворкинге отмечают барбекю-вечеринкой и пивом.

А теперь переносимся в Потсдам, который расположен неподалеку от Берлина. В городе, знаменитом одноименным сыром, находится частный Институт имени Хассо Платтнера, профессора, который создал компанию SAP, одного из крупнейших производителей ПО и важнейшего клиента EPAM.

Почти медитативное пространство заведения находится вдали от столичной суеты, тут ничто не отвлекает от учебы. Здесь готовят будущих серийных бизнесменов и стартаперов, разрабатывают онлайн-курсы для программистов и решают частные проблемы владельцев IT-компаний.

Студенты Института имени Хассо Платтнера учатся самому важному — думать и решать проблемы (то есть дизайн-мышлению). Изначально данный подход был разработан в Стенфорде и считается системным для предпринимателей Кремниевой долины.

Этот процесс особенно эффективен в мультидисциплинарных командах: специалисты из разных сфер и областей науки имеют возможность смотреть на проблему с разных углов и использовать уникальные подходы.

Процесс итеративный (то есть может повторяться циклически) и разбит на пять стадий: понять проблемы и чувства пользователя, проанализировать проблемы и определить основной посыл, сгенерировать «облако» решений проблемы, протестировать много-много прототипов разных аспектов решения и, наконец, начать тест на реальных людях.

Число успешных стартапов, выпущенных из заведения, зашкаливает. Дизайн-мышление требует гибкого рабочего пространства — для института специально выпускают мобильную мебель, которую можно использовать в спонтанно организованных группах:

Столы, доски и стулья разбираются всеми желающими для работы над своими проектами.

Стол с одинаковыми гранями призван уравнять босса и подчиненных. За таким все одинаково главные.

Основные мантры дизайн-мышления — «Обсуждаем только одну проблему в момент времени», «Ошибаемся рано и часто», «Количество — все», «Будь наглядным».

Рабочее пространство предельно лаконично. Ничто не должно отвлекать от мыслей о работе.

Представьте ситуацию: книги изобрели через сто лет после изобретения игр. Что бы мы услышали о книгах? Они одномерные. Дети теперь молча сидят в углу часами, никак не взаимодействуя с другими людьми. А как же это воздействует на мозг? Стоит признать, что игры сейчас — это новые медиа с большим охватом. Много молодых людей узнает про мир и его жизнь именно из игр.

Плюшевый старец на плече этого парня — Мастер Коди. Талисман обучающей игры для детей с дискалькулией, то есть неспособностью изучать математику. На стыке желания решить проблему и науки о головном мозге родилась уникальная в своем роде игра, для которой привлекались ведущие специалисты по коррекции недуга у детей. Математические задачи упакованы в игры на 20—30 минут в день. Регулярные занятия стимулируют детский мозг формировать нейронные контуры для решения математических задач.

«Знаете, как заинтересовать детей в прохождении тестов? Нужно превратить это в „охоту за сокровищами“!» — искренне смеется разработчик.

А это — одна из FabLab, или производственных лабораторий. Тут вам расскажут об основах 3D-моделирования и прототипирования, лазерной резки и трехмерной печати.

Посещение бесплатное, но новички должны пройти вводный курс от постояльцев лаборатории по правильному обращению с техникой. Встретить можно людей всех возрастов:

Расходные материалы покупаются у поставщиков FabLab c минимальной наценкой.

Лаборатория зарабатывает себе на жизнь решением серьезных производственных задач силами мультидисциплинарной команды из специалиста по робототехнике, инженера и «айтишника».

Согласно одному из мнений, технологический разрыв между развивающимися странами и развитыми будет увеличиваться с ускорением и после определенной черты вторые никогда не смогут нагнать первых. Готовы ли мы к этому?

Интернет и цифровые технологии неотделимы сегодня от развития любой страны. Они изменяют наш образ жизни и со временем будут делать это еще интенсивнее. О чем бы мы ни подумали (образование, еда, транспорт, отношения), это уже в прицеле интернета. Как бы оперативно мы ни реагировали на изменения, курок уже спустили.

Благодарим за помощь в организации поездки
посольство Федеративной Республики Германия в Минске

Принтеры и МФУ в каталоге Onliner.by

Читайте также:

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. nak@onliner.by