Замдиректора ПВТ: белорусским айтишникам на родине живется лучше, чем в Америке

 
254
10 ноября 2014 в 8:30
Автор: Константин Сидорович. Фото: Влад Борисевич

В следующем году белорусский Парк высоких технологий отметит свое десятилетие. Сегодня его резидентами являются более сотни компаний с общей численностью сотрудников около 20 тыс. человек. Большинство из них — те самые айтишники, вокруг которых в Беларуси сложилось большое количество мифов.

Действительно ли программисты остаются одними из самых востребованных специалистов? Не ждет ли их судьба недавно «модных» бесчисленных экономистов, юристов и бухгалтеров, на которых можно было выучиться чуть ли не в первом попавшемся вузе? Что мешает нынешним школьникам освоить заманчивую профессию? Актуальна ли до сих пор «утечка мозгов» и готов ли белорусский программист следовать заветам Стива Джобса? Все это и не только журналист Onliner.by обсудил с замдиректора администрации ПВТ Александром Мартинкевичем.

— Сейчас все специальности, связанные с IT, выглядят крайне привлекательно. Большая по белорусским меркам зарплата, непыльная работа, командировки… Не случится ли у нас то же, что в свое время произошло с экономистами и юристами, которых кадровый рынок не может «переварить» до сих пор?

— Давайте посмотрим: на одну вакансию экономиста приходится девять соискателей, на одного юриста — шесть претендентов, а у компаний только в ПВТ три тысячи свободных вакансий программистов! Около тысячи — для junior, остальные — для senior и lead-специалистов. Пока эти позиции закрыть никто не может, IT-индустрия испытывает острый кадровый голод.

Причина заключается в том, что экономисты и юристы в основном работают только на внутреннем рынке, а он у нас небольшой. Когда мы производим программный продукт, то около 90% его реализуется на рынках других стран. Отсюда высокая зарплата у айтишников и постоянно растущая потребность IT-компаний в кадрах. Полагаю, данная тенденция сохранится и в будущем. Количество IT-вакансий будет расти намного быстрее, чем количество потенциальных сотрудников. Например, по данным Европейской комиссии, к 2015 году в ЕС останутся незанятыми около 900 тыс. вакансий в IT-сфере, в то время как число выпускников-айтишников из года в год держится в районе 100 тыс.

— То есть Беларуси грозит превращение в этакого аутсорсера, экспортирующего свои продукты за рубеж?

— Конечно нет. Этап, когда белорусские разработчики занимались исключительно созданием заказного программного обеспечения, уже прошел. Например, сегодня в ПВТ успешно разрабатываются программные продукты, которыми пользуется около 950 млн человек более чем в 150 странах мира. Среди наиболее известных — компьютерная игра World of Tanks и приложение Viber. А вот попробуйте вспомнить популярную программу или игры, разработанные в Индии. Наверное, это будет сделать нелегко, хотя страна является одним из крупнейших мировых разработчиков ПО.

Я уверен, что в Беларуси и в будущем будут развиваться и заказная, и продуктовая модели. Конечно, существующий сегодня уровень зарплат в IT-отрасли уже не позволяет получать от аутсорсинговых проектов сверхприбыли, как это было пять лет назад. Аутсорсинговым компаниям приходится работать в условиях жесткой ценовой конкуренции не только с индийскими, но и европейскими разработчиками. Поэтому успешными будут те аутсорсеры, которые смогут обеспечить более быструю разработку решений и добиться увеличения производительности.

— Сегодня во всем мире идет острая конкурентная борьба за высококвалифицированные кадры. Актуальна ли сейчас проблема «утечки мозгов»?

— Для специалиста не составляет особой проблемы выбрать любую удобную для себя страну, жить и работать там. Но возьмем, к примеру, те же США. Если наш сотрудник направляется туда в командировку, то ему платят командировочные, покрывают страховку, расходы на транспорт, питание, жилье. При внедрении сложных проектов на стороне заказчика такие командировки могут растянуться на несколько месяцев. Белорусский айтишник, который переехал в Америку на постоянное место жительства, это совсем другая история — ему самому надо оплачивать квартиру, медицинские услуги, различные страховки и т. д. Не всегда его ожидания оправдываются.

Поэтому не будем путать туризм с эмиграцией. Когда у молодежи есть возможность колесить по всему земному шару (а многие наши сотрудники к 30 годам уже посмотрели полмира), не думаю, что они будут искать место для эмиграции. В начале 2000-х действительно была проблема — группа заканчивает вуз, сразу всем составом пакует чемоданы и улетает в другие страны. Благодаря созданию ПВТ сегодня ситуация обратная. Тот же Wargaming вывез к нам лучших специалистов из Москвы, работают у них и англичане, и итальянцы, и американцы. Зарплаты европейские, плюс интересные проекты мирового уровня. И такие примеры не единичны.

Среди наших программистов обсуждаются новые тенденции. Например, выехать из Минска в маленький городок, основать небольшую компанию и работать через интернет, сидя где-нибудь у озера.

— Не составят ли зарубежные специалисты конкуренцию нашим выпускникам?

— И пусть составляют. Наши будут подтягиваться. Конкуренция ведь один из главных двигателей рыночной экономики. Хотя в наших IT-компаниях развита культура работы в команде, что подразумевает обмен знаниями, а не конкуренцию. Знание, которое не используется, в итоге устаревает. Знание, которым обмениваются, генерирует новое знание.

К тому же, как я говорил, рынку еще далеко до заполнения. «Корочка» диплома или свидетельства об окончании курсов сегодня вообще никого не интересует, особенно в IT. В первую очередь нужны практические навыки и умения, знание предметной области. Просто так, просиживая штаны, ни в одном вузе знаний не получишь. Вуз ведь должен в первую очередь научить учиться. Там ты общаешься в тусовке, где тебе подскажут хорошую книжку, расскажут о трендах. Такое общение недоступно при самостоятельном домашнем обучении.

— Молодежь знает, что программисты зарабатывают хорошие деньги и востребованы на рынке труда. Что мешает нынешним школьникам освоить заманчивую профессию?

— Действительно, IT сегодня у нас — одна из немногих областей, где молодежь получает высокооплачиваемую, интересную и перспективную работу. Это реальный шанс законным путем уже к 30 годам стать успешным и финансово обеспеченным молодым человеком.

Самая короткая дорога в IT лежит через технические вузы. При этом надо правильно выбрать не только учреждение образования, но также факультет и специальность. Многие почему-то думают, что поступать надо только в БГУИР. Да, 16% из всех выпускников, что в этом году были трудоустроены в ПВТ, пришли с факультета компьютерных систем и сетей. Но там и готовят больше всего специалистов. В топе IT-специальностей у нас также есть представители региональных университетов — гродненского, гомельского, брестского, полоцкого. Всего в этом году к нам пришли выпускники 31 учреждения образования.

В помощь будущим абитуриентам в начале декабря мы разместим на нашем сайте каталог IT-факультетов. Для поступления на большинство из них требуется предварительно сдать ЦТ по русскому или белорусскому языку, математике и физике. Как раз последняя — боль для всех. К сожалению, уровень преподавания физики в школах падает. В этом году 40% абитуриентов, сдававших физику, не прошли минимальный порог. В итоге многие вообще боятся ее сдавать и поступают туда, где нужна только математика, то есть в основном на экономические специальности. Поэтому у нас и получается много экономистов, которых потом некуда девать.

— И все же что еще кроме страха перед физикой мешает школьникам осваивать IT-специальности?

— Есть три очень распространенных мифа, которые действительно вызывают какую-то настороженность. Первый гласит о том, что все связанное с IT — это сугубо мужские профессии. На самом деле это полная ерунда, треть работающих у нас — девушки, большинству из которых нет 28 лет. В IT есть куча профессий, где могут работать как мужчины, так и женщины. А вот бизнес-аналитика, как правило, женская профессия.

Второй миф заключается в том, что программисты — «ботаники», какие-то специфические люди. Здесь все просто. Достаточно посмотреть на наших ребят, чтобы понять, что это совсем не так. А на всякие праздники так и вовсе порой бывает непонятно, куда попал. На тот же Хэллоуин по ПВТ ходят какие-то монстры, ряженые, все веселятся и радуются. Совсем не похоже на сложившийся образ программиста.

Третий миф касается блата. Многие почему-то уверены, что если все действительно так классно, то при трудоустройстве не обойтись без знакомств. Повторюсь еще раз — ни дипломы, ни знакомства в IT-сфере никого не интересуют. Если человек приходит в вуз за знаниями, то обычно таких людей компании замечают еще на втором курсе. К пятому курсу все заинтересованные в своей профессии студенты уже должны работать.

Сегодня выстроена целая система, при которой компании интегрируются во все образовательные процессы. Университеты же идут к нам, создают филиалы кафедр. В итоге в вузе студент получает фундаментальные знания, а у нас — практические, изучает реальные проекты в реальных компаниях.

— Что вы посоветуете тем, кто сегодня задумывается об IT-специальностях?

— Главное — не надо бояться. Вспомните, как Стив Джобс переманил в Apple Джона Скалли, президента PepsiCo: «Вы хотите всю жизнь торговать сладкой водичкой или пойдете со мной менять мир?» Так мы говорим и школьникам: неужели вы хотите каждый день приходить в 9 и уходить в 18 часов, заполнять кипы бумаг, совершать кучу звонков вместо того, чтобы делать инновационные продукты? Задумайтесь...

К тому же в этой сфере каждый может перейти со своей специализации на смежную. Надоело «кодить»? Можно стать консультантом, управленцем, директором. Или уйти из тестировщиков в технические писатели, бизнес-аналитики и т. д. Я не знаю таких примеров, когда человек приходит в IT, а потом уходит из отрасли. Здесь всегда можно найти для себя что-нибудь интересное.

Перепечатка текста и фотографий Onliner.by запрещена без разрешения редакции. db@onliner.by

Автор: Константин Сидорович. Фото: Влад Борисевич
ОБСУЖДЕНИЕ